Елена Яблонская

 

ОБЫЧНАЯ ЖИЗНЬ КЛОНОВ

 

О презентации книги Игоря Чичилина «Обычная жизнь»

 

ЛИТО «Точки», 28 февраля 2020 г., Союз писателей России,

Комсомольский проспект, д. 13

 

Вечер в Шолоховском зале открыл руководитель ЛИТО «Точки» писатель Андрей Венедиктович Воронцов:

«Полку книг наших авторов, членов ЛИТО «Точки», снова прибыло. Новая книга Игоря Чичилина (М.: Интернациональный Союз писателей, 2019) состоит из двух повестей, «Обычная жизнь» и «Клон», пьесы «История Пекаря» и подборки стихотворений. Сразу обращает на себя внимание то, что пьеса «История Пекаря» выросла из рассказа Игоря «Равные шансы», опубликованного в альманахе «Точки». Подобный путь избирали многие авторы, в том числе такие классики как, например, М. Булгаков (повесть «Белая гвардия» и пьеса «Дни Турбиных», «Бег» и т.д.). Действительно, в рассказе Игоря и персонажи, и сюжет буквально просятся на сцену. Считаю, что пьеса получилась, хотя остались неиспользованные возможности, заложенные в рассказе. Пьеса, конечно, выигрывает, но в лаконичном рассказе оставалась недосказанность. Впрочем, это на любителя. Можно пожалеть, что в книгу не вошли многие рассказы Игоря Чичилина. Мы и раньше знали, что Игорь владеет прозаической интригой, и это вполне проявилось в его повести «Клон», где, как в американских фильмах, герои попадают в цейтнот, а автор умело раздвигает для них пространство и время. Сюжет про клона, т.е. двойника, широко распространен в мировой и русской литературе, достаточно вспомнить Гоголя и Достоевского. Наверное, следовало как-то использовать этот опыт, обыграть какие-то вещи. Показалось не очень убедительным, что Клон переживает за автора, т.е. он хороший. Автор пошел по линии интриги, динамизма, что ему, конечно, удалось, но было бы интересно обратиться к психологии, включить драматизм (например, историю Авеля и Каина), привлечь перспективу. Возможно, открыть книгу лучше было бы повестью «Клон», потому что хотя повесть «Обычная жизнь»  и просится на сцену (её главки напоминают действия пьесы), но она не столь интригующая и несколько затянутая. Всегда следует чем-то завлечь читателя, и поэтому первое произведение в книге должно быть самым выигрышным. Видно, что образная система автора идёт от стихов, напоминающих психоделические песни, медитации. Может быть, их стоило поместить в начало, коль они задают тон прозе? Но книга и в таком виде безусловно состоялась.

 

Игорь Чичилин сказал, что предполагает написать вторую часть повести «Клон», где как раз будет психологизм, драматизм и перспектива, и сообщил, что Интернациональный Союз писателей, членом которого, наряду с Союзом писателей России, он является, предложил ему издать книгу в рамках серии «Современники и классики». Данный состав книги был обусловлен определенным объемом (не более 300 стр.). Поскольку Чичилин работает в трех жанрах (проза, драматургия, поэзия), то и представил все три жанра. Название «Обычная жизнь» представляется автору всеобъемлющим, поэтому книга была названа по этой повести.

Далее Игорь Чичилин прочитал отрывок из повести «Обычная жизнь».

 

Выступившая в качестве рецензента Юлия Великанова сказала, что в повести «Обычная жизнь» представлена узнаваемая история, герой ищет женщину своей мечты, но теряет обеих своих женщин и работу, но продолжает искать смысл жизни… И вдруг оказывается, что эта «обычная жизнь» – смоделированный в лаборатории симулякр, за которым наблюдают учёные. Герой делает тот самый шаг, который экспериментаторы ждут от него. Более всего в повести Юлию зацепили пронзительные строки о ребёнке, который прожил несколько минут, но его продолжают любить родители. В повести «Клон» понравился финал об отношении двух братьев, Клона и героя. Вопреки традиции, Клон получился очень человечным, симпатичным. Но не очень понятно, где предыстория, а где сама история. Пьеса «История Пекаря» напоминает «Богач, бедняк…» И. Шоу. В пьесе никто никого не любит, это жанр «чёрной комедии», но тем не менее в Пекаре соединились черты «лишнего человека» и Раскольникова. Ни в пьесе, ни в повестях не описана внешность героев, нет и погоды, кроме одного случая. Это, конечно, недостаток, но в целом получилась интересная интеллектуальная проза.


 

Фото Михаила Кромина.

НА ФОТО:

 01_Афиша_28-02-20, 02_В Шолоховском зале, 03_Выступление А. Воронцова, 04_Выступление ансамбля Лаборатория авторской песни под руководством В. Опарина, 05_Выступление Е. Яблонской, 06_Выступление И. Чичилина, 07_Выступление М. Федосова, 08_Завершающее слово А. Воронцова, 09_Книга И. Чичилина, 10_Н. Шамарина, 11_Пушкин с нами!


Игорь Чичилин ответил, что он сознательно не описывает внешность героев и даже не любит давать им имена, потому что таким образом задаются стереотипы. Внешность ему представляется неважной, интересны только суть героев и эмоциональные ситуации, надо судить о человеке по его мыслям и поступкам.

 

Максим Федосов рассказал, что заинтересовался повестью «Обычная жизнь» только на 12-й странице, в то время повесть «Клон» заинтересовала с 3-й страницы. Загадку повести «Обычная жизнь» Максим так и не сумел разгадать (понять, кто был заказчиком конструируемой реальности), на месте автора Максим бы «перехлестнул» два сюжета: реальный и «вложенный». Философских выводов Максим на основе повести не сделал, но ему очень понравился язык: суховатый, с внезапно врывающимися поэтическими строками – сгустки поэзии внутри прозы. Но в целом, по мнению Максима, в прозе маловато эпитетов и слишком много действия, динамики. От повести «Клон» возникли подобные ощущения, да ещё воспринималась эта повесть как кино. Лучше было бы назвать всю книгу «Клон» и соответственно оформить, было бы интереснее.

 

А.В. Воронцов: «Меня удивило в «Клоне» то, что день рождения сотрудники отмечали 12 минут, и на этом ничтожном отрезке времени строится интрига. После этого эпизода я перестал «верить» автору. Пустяк, казалось бы, но мне этот пустяк «обломал» чтение».

 

Максим Федосов: «Согласен. А меня, кроме того, напрягли советские реалии. Например, зарплату в бухгалтерии сейчас практически никто не получает».

Далее Максим Федосов прочитал отрывок из повести И. Чичилина «Клон».

 

Нина Шамарина сказала, что ей тоже больше понравилась повесть «Клон», т.к. она увидела за этой нелепой историей Божественное Начало, Божественное творение. Это о любви Бога к своему творению, к человеку. Герой видит в Клоне себя и любит его как свое творение. В повести «Обычная жизнь» слишком длинный вход, мало динамики, всё очень вязкое, слишком много деталей. Было ощущение, что из хорошего лирического рассказа автор на заказ растянул повесть. Например, как долго герой идет к метро! Есть досадные мелочи: раз сорок встречаются выражения типа «мы смеялись», «мы улыбались». Повесть показалась губкой, которую хотелось отжать. Но эта повесть для Нины – история любви, поэтому её даже не интересовало, кто заказчик эксперимента.

 

Елена Яблонская заметила, что ей не понравился рассказ «Равные шансы», из которого выросла пьеса «История Пекаря», и теперь она очень рада, что из рассказа получилась интересная абсурдистская пьеса.

 

Игорь Чичилин уточнил, что пьеса написана на основе двух рассказов и прочитал отрывок из пьесы «История Пекаря».

 

Обращаясь к поэзии, Игорь Чичилин рассказал, что классические стихи ненавидел с детства, но потом увлекся песнями Макаревича и Гребенщикова, стихами Э. По, т.е. ему интересны стихи-песни, ритм, а не рифма. Каждое стихотворение он старается писать в своем ритме, «играет» с ритмикой внутри стихотворения. Автор прочитал три стихотворения и ответил на вопросы: «Жаль, что в повести «Обычная жизнь» никто не заметил людей в белых халатах, эта повесть – провокация, а заказчик эксперимента – философ, который пытается решить вопрос об ощущениях («жизнь есть ощущения»), понять, можно ли взять их в свои руки, управлять ими.

На вопрос М. Федосова о том, что повесть «Обычная жизнь» – это некая Матрица, а не реальная жизнь, И. Чичилин ответил, что повесть написана в 1998 г, а фильм «Матрица» появился позже.

 

Анна Пименова, связавшаяся с нами по скайпу из Греции, сказала, что повесть «Клон» показалась ей интересной с точки зрения психологии и психиатрии, раздвоения личности. Повесть «Обычная жизнь» ценна философскими и поэтическими рассуждениями, жаль только, что таковых мало (шесть на всю повесть), и чтобы эти кусочки сделать более выигрышными, повесть можно было бы сократить. Пьеса про Пекаря – самое сильное произведение в книге, это история сумасшествия, но в неё следовало бы добавить психологизма. Стихи экзистенциальны, оставляют ощущение безвременья, одиночества.

 

В заключение А.В. Воронцов сказал: «Сегодняшнее обсуждение было очень полезным, мы затронули интересные проблемы, например, отсутствие портретов в прозе Игоря Чичилина. Конечно, это его личный выбор, но нам следует помнить, что портрет часто становится важной частью характеристики героя. Например, у Тальберга из «Белой гвардии» Михаила Булгакова были глаза с двойным дном. Классикой стала (у того же Булгакова) секретарша с косыми от вранья глазами. С помощью имени и фамилии можно передать образ героя, например, это сделал подсознательно Булгаков, назвав щекастого Фадеева Бобровичем. А портрет Печорина! Контраст между светлыми волосами и темными бровями, что свидетельствует о породе… Портрет нам завещан классиками, и его возможности далеко не исчерпаны. Отказ от чего-либо не есть совершенствование. Всё (портрет, пейзаж, имя) должно работать на одну идею, бить в одну точку. Подобным образом строятся и пьесы. Например, у такого совсем не архаичного драматурга как Вампилов подробно расписаны мизансцены – всё ради того, чтобы мысль, ощущение, эмоцию донести до читателя или зрителя. Хорошо, что книга Игоря Чичилина даёт возможность поразмышлять над этими проблемами».

А.В. Воронцов также сообщил о состоянии дел по альманаху «Точки-8» («Точки узнавания»: альманах готов, он получился большим (26 авторов), оформление обложки подобрано, всё в порядке.

 

В вечере принимали участие музыканты экспериментального авторского объединения «Лаборатория авторской песни» под руководством Владимира Опарина. Музыканты исполнили собственные песни (на стихи и музыку Дмитрия Смирнова) и известные песни Ю. Кима, В. Берковского, А. Иванова и др.